В современном мире и в сегодняшних реалиях агросектор Украины сталкивается с вызовами, которые выходят далеко за пределы национальных границ – полагаю, это уже подтвержденный факт. Геополитические проблемы, война, торговые ограничения и квоты формируют новые реалии для экспортеров зерновых, масличных культур и другой продукции.
Но в этих барьерах есть не только угрозы, но и возможности для стратегической адаптации.
Европейский Союз (на минутку, это объединение 27 стран Европы, функционирующее как единый рынок с общими правилами торговли), традиционно ключевой рынок для украинского агросектора, в 2025 году вернулся к предвоенному режиму тарифов и квот после завершения временных автономных торговых мер (ATM), введенных в июне 2022-го для поддержки Украины во время войны.
С июня 2025-го квоты на пшеницу ограничены 1,3 млн тонн (на 70-80% меньше, чем в предыдущие сезоны), на сахар – 100 000 тонн, на кукурузу и другие зерновые – аналогично сокращенные объемы. Это касается не только зерна, но и мяса птицы, яиц и меда, где "механизм торможения" активируется при превышении лимитов. Переговоры о долгосрочном соглашении продолжаются, но нынешние ограничения уже влияют на цепочки поставок: украинские производители вынуждены перенаправлять объемы, что приводит к росту логистических затрат и давлению на цены. Неприятно, не правда ли?
Жирные пошлины. Производители масла пролоббировали преференцию, но выигрыш временный
В Азии ситуация не менее сложная. Китай, как один из крупнейших импортеров зерна, в 2025/26 маркетинговом году запланировал импорт кукурузы до 10 млн тонн (+25% по сравнению с 2024 годом), но квоты на украинскую продукцию ограничены фитосанитарными требованиями и конкуренцией с США и Россией. Другие азиатские рынки, как Индия или Бангладеш, вводят сезонные квоты на пшеницу из-за внутренних потребностей, что затрудняет доступ к их рынкам.
Эти тенденции – часть более широкой геополитической картины, где торговые барьеры служат инструментом защиты локальных рынков.
Для украинского агробизнеса эти барьеры означают потенциальное сокращение экспортных рынков на 15-20%.
По оценкам экспертов, потери от возврата тарифов в ЕС могут достичь до 3,3 млрд евро в 2026-м, если не будет компромисса или какого-то решения в нашу пользу.
Сельское хозяйство составляет 60% украинского экспорта, с ЕС – около 60% зерновых. Уменьшение объемов приведет к падению доходов фермеров, росту запасов и давлению на внутренние цены. Геополитика только усиливает риски: блокада черноморских портов в прошлом заставила переориентироваться на европейские маршруты, но сейчас и они ограничены.
Добавьте сюда климатические вызовы – засухи на юге Украины сократили урожайность ранних зерновых на 10-15% в 2025-м – и мы получаем сценарий, где без адаптации сектор потеряет динамику восстановления.
Эти факторы не абстрактные – они влияют на тысячи семейных ферм, где агро – единственный источник дохода. Без быстрых действий мы рискуем не только экономическими потерями, но и социальным напряжением в аграрных регионах.
Не конкурент, а партнер ЕС в агросекторе: новые правила торговли меняют позиции Украины
Адаптация начинается с диверсификации (я понимаю, насколько некоторые боятся этого слова) – ключевого слова для выживания в нынешних условиях.
Первый шаг: расширение географии экспорта. Африка и Ближний Восток – перспективные направления. В 2025-м Украина уже перенаправила значительные объемы зерна в Египет, Тунис и Марокко, где спрос на доступную пшеницу остается стабильным. Для Субсахарской Африки (регион к югу от Сахары, включая Нигерию, Кению) актуальны подсолнечное масло и кукуруза – регион импортирует 20-30% зерновых извне, и украинская продукция может занять нишу из-за конкурентных цен. На Ближнем Востоке (регион от Персидского залива до Средиземноморья, включая Саудовскую Аравию, Турцию) фокус на логистику через Дунай и Черное море, с потенциалом роста на 15-20% в 2026-м. Это не только компенсирует потери в ЕС, но и снижает зависимость от одного рынка.
Государственные субсидии на сертификацию – достаточно мощный инструмент для входа на новые рынки. В 2025-м бюджет предусматривал 6 млрд грн на программы через Государственный аграрный реестр (SAR – электронная платформа для регистрации и поддержки аграриев), включая компенсацию расходов на фитосанитарные сертификаты (до 50% стоимости) и органическую сертификацию. Организация ООН по продовольствию и сельскому хозяйству (ФАО – международное агентство ООН, занимающееся пищевой безопасностью) и ЕС дополнительно выделили $2,8 млн на гранты для 237 производителей, с фокусом на Западную Украину. Эти средства позволяют фермерам соответствовать стандартам Codex Alimentarius (международный кодекс пищевых стандартов) или EU Organic (европейские правила органического производства), что критично для Азии и Африки.
Еще один практический инструмент – кооперативы для совместного логистического планирования. В Украине уже действует "Первый украинский аграрный кооператив" (FUAC – объединение 75 ферм с 200 000 га земель), объединяющий закупки топлива, удобрений и транспорта. Кооперативы снижают затраты на логистику на 20-30% через общие элеваторы, фуры и маршруты (например, через порты Измаил и Рени). В 2025-м правительство стимулирует это через субсидии на кооперативную инфраструктуру – от строительства складов до GPS-планирования маршрутов.
Это не только экономит ресурсы, но и повышает устойчивость: в кризисах кооперативы координируют поставки, избегая перегрузок.
Наценка за три буквы. Почему биоэкспорт – самый прибыльный
Польша – классический пример успешной адаптации к торговым шокам. После Brexit (выход Великобритании из ЕС в 2020-м) британский рынок стал "третьим" для ЕС, с новыми пошлинами и проверками. Польские агроэкспортеры (зерно, мясо, фрукты) столкнулись с падением объемов на 10-15%, но быстро диверсифицировались: доля экспорта в Азию и Африку выросла на 25%, а кооперативы (как Copa-Cogeca – европейская ассоциация фермеров) объединили логистику для совместных поставок. В 2025-м Польша стала первым поставщиком еды в Великобританию среди прежних партнеров по ЕС, с оборотом +20% по сравнению с 2019-м.
Ключ: государственная поддержка на сертификацию (до 40% затрат) и кооперативные хабы для транзита. Украина может позаимствовать этот подход: фокус на новые рынки + объединение ресурсов = устойчивость.
Глобальные барьеры – это реальность, но не приговор. Диверсификация в Африку и Ближний Восток, субсидии на сертификацию и кооперативное планирование логистики – это инструменты, которые уже работают.
Как бизнесмен я убежден: частный сектор, с государственной поддержкой, способен не только выстоять, но и укрепить позиции. Фермеры, давайте обмениваться опытом. Потому что стабильный агросектор – это стабильная Украина.
Давайте не будем забывать, что Украина – это житница Европы, и никакие барьеры ее не остановят, если осуществить разумный подход.
Источник: ЛИГАБизнесИнформ
|
